Когда Украина будет правомочным членом ЕС?

db17acda

ЕС Географически Украина – это часть Европы. А в общественно-политическом и умственном резоне мы еще лишь на пути интеграции в Европейское объединение.

О том, когда это желание даст итоги, и украинцы могут отправиться в Краков, Берлин либо Париж без визы, просто приобретя купон, и о другом в уникальном интервью ForUm’у сообщил Чрезвычайный и Уполномоченный Посол Республики Польша на Украине Генрик Литвин.

– Г-н Посол, Украина достаточно давно хочет стать правомочным членом ЕС. Скажите, когда это случится?

– Украине необходимы перемены. Некоторые из них написаны в Соглашении об организации, в платформе либерализации разрешительного режима. Когда все проекты будут воплощены – пройдет вступление Украины в ЕС.

Сколько на это необходимо времени?.. Непросто сообщить. Здесь вполне может быть по-всякому. Временной уровень может изменяться. Однако это не означает, что в сторону повышения, но также и напротив, при этом быстро.

Про это говорит опыт стран, засадивших в ЕС за прошедшие 20 лет. К примеру, в 1991 году в государствах Прибалтики картина была значительно труднее и труднее, чем в Польше. Они обязаны были сделать больше, чем Венгрия. А в ЕС мы все входили совместно.

Опять таки, нужно осознание сообщества. Большинство жителей должны быть уверены, что нет иного пути, помимо как в ЕС. Что это далеко не «самый лучший маршрут сегодня», не «один из вероятных путей», а что он – исключительно верный. Лишь тогда можно изменяться и оперативно идти вперед.

– Другими словами сами жители должны быть способны к остановке госдотаций по ряду назначений?

– Да. Необходимо, чтобы люди не сомневались, что правительство – это далеко не родитель, который распределяет некоторые блага, а учредитель. И любой сам должен быть серьезным, действовать, работать на себя, а правительство – формировать для этого критерии.

К такой перестройке социального сознания придти весьма непросто. И я еще не вижу на Украине такой линии. Когда мы заявляем о азиатской интеграции как о общественно-политическом избрании – существенное большинство жителей говорит ей «да». Когда речь идет обо всех нужных для этого реформах – конкретной помощи нет.

Настанет время, и необходимо осуществить референдум о вхождении Украины в ЕС. Сообщество может быть к данному готово. Когда референдум вели в Польше, и жители должны были ответить на вопрос: «Согласны ли вы с присоединением Республики Польша к Евросоюзу?», мы были уверены в его итоге. По данным социологических исследовательских работ, произведенных вчера, не менее 80% поляков были способны избирать за вступление в ЕС. Но также и у нас была неприятность – вероятность невысокой явки. Если б пришло менее 50% избирателей, референдум не прошел бы. У нас избирали 2 дня.

На Украине на данный момент, по данным социологических исследовательских работ, 70% опрошенных полагают, что необходимо встроиться в Европу. Однако! Существенная часть этих же людей убеждена, что синхронно необходимо входить и в Таможенный альянс с РФ, Казахстаном и Беларусью. Другими словами значительная часть жителей желает быть синхронно и кое-где.

– Это неприятность?

– Видите, когда речь заходит о избрании вектора формирования, невозможно идти 2-мя способами. А делать выбор в пользу азиатской конструкции – не означает отказаться от цивилизованных, социальных либо финансовых нитей с иными государствами.

ЕС развивает собственные отношения и с Россией, и с Беларусью, и с Казахстаном, и с иными государствами. Подбирая азиатский маршрут формирования, Украина не повысит дистанцию между собой и ими.

– Когда-то, после развала СССР, наши страны синхронно начали перемещение в сторону Европы, раскрученной экономики, демократии и самостоятельности. Сегодня же очень многие украинцы работают, обучатся, даже делают приобретения, в Польше. Разрыв между нами – большой. Отчего так?

– То, что сегодня очень многие украинцы работают за границей, демонстрирует не столько наклонность Украины и ее экономики, сколько ее общительность и переносимость людей. Опять таки, на Украину идут денежные средства. Они всегда значимы для экономики страны. Необходимо применять такие возможности, когда они есть. Таким образом это хорошо.

Давайте взглянем, как это было в иных государствах. В 1996-1997годов. в Италии незаконно работали тыс поляков, при этом занимались они маловлиятельным, высокооплачиваемым работой. И можно было рассуждать об большой разнице между Польшей и Италией. Однако прошло 16 лет – и Польша, и Испания в ЕС. У Италии есть некоторые проблемы, а Польша – образец действенной обороны от кризиса. И более того, и сегодня очень многие поляки двигаются работать в европейские страны, лишь на иных условиях.

Похожий процесс происходил и в Испании: когда она вошла в ЕС в 1986 году, очень многие ее жители уходили работать за границу, однако прошло лет 20 и они стали возвращаться на отчизну, кроме того широко.

Разница между Польшей и Украиной сегодня явна. Однако не надо забывать, что Украина до приобретения самостоятельности в 1991 году испытала не менее 70 лет коммунизма. За этот период времени поменялось 3 поколения. Это означает, что сегодня нет тех людей, которые припоминают Украину до системы, припоминают хорошие финансовые отношения. Видите, утеряна память.

А воздействие революционной системы на сознание громаднейшее. Мы это знаем по опыту Польши, стран Балтии, угодивших под воздействие революционной системы существенно позднее. В этих государствах не прервалась зависимость поколений, и им было легче. Российскому сообществу необходимо приспосабливаться к свежим критериям существования, прибрать очень многие внешние барьеры.

Логично, что у Украины есть и прочие трудные вопросы. Однако я не полагаю, что компетентен так, чтобы основательно проверить и расценить их. Это работа экономистов и экспертов.

– Разница между Польшей и Украиной понижается?

– В процессе общения с украинцами некоторые из них рассказывают, что разница, напротив, выросла. Впрочем это либо нет – ответить можно, лишь применив весьма точные приборы финансового, социологического теста.

– Есть соображение, что когда Украина будет членом ЕС, то центр Европы может сместиться. Например, Польша, которая даже в такие трудные времена для экономики ЕС и мира показывает формирование, будет центром Новой Европы, передвинув Устаревшую.

– Не полагаю. Это направление. Польша сегодня такая, какая есть. Основное, в ЕС сделаны критерии, дающие вероятность рассуждать и быть узнанным. Мы и в будущем хотели бы иметь такой же весомый голос, который отвечает нынешней Польше. Все движется вперед. Когда настанет время возобновлять усиление ЕС на запад, это будет рентабельно всем странам Главной Европы, не только лишь Польше. Вырастет их значимость в ЕС. А ЕС будет не менее общеевропейским, чем сегодня. В настоящее время это в основном западноевропейский портал.

В подобных переменах мы заинтересованы. Однако дело не в возрастании значительности Польши. Если ЕС не подойдет концу на нашей западной границе – это гарантия устойчивости для всех стран ЕС.

– Границы ЕС сегодня старательно рассматриваются. И это касается возможности не столько расширения ЕС, сколько напротив. Рассказывают, что Грецию могут вывести из ЕС. Франция угрожала выходить из Шенгенского контракта…

– Есть опыт расширения ЕС, однако сужения его пределов еще не было.

Это детали споры в прессе, которая, ясное дело, должна быть яркой. На самом деле, определенные утверждения звучат конструктивно. Однако настоящая политика проходит классическим маршрутом, в ней о подобных необычных мыслях не рассказывают. Таким образом, полагаю, территория ЕС не убавится.

– По версии специалистов, увеличиваться Европе в процессе кризиса будет очень трудно. Согласны?

– Усиление продолжается. Нет подобных причин, которые выключили бы данную вероятность, либо, к примеру, понизили. И Хорватия – тому образец. И пускай вероятность расширения у ЕС в настоящее время не такая, как в 2004-м – но она есть. Основное, чтобы та либо другая страна была готова встроиться.

– В определенных государствах зоны euro говорят о возврате к собственным денежным единицам. Польша оставит злотый?

– Нельзя пока, пока, добиться тех условий, которые необходимы для вхождения в зону euro. Инфляция и экономный недостаток хотя и уменьшаются, однако остаются большими.

В условиях углубленного кризиса содержание государственной денежные единицы дало нам превосходство. Однако не это было серьезным. Все дело в том, что сам упадок был сопряжен прежде всего с денежным, кредитным рынком. А в Польше весьма крепкая конструкция кредитов: «онлайн» кредитов нет, все подкреплены настоящим снабжением, ипотекой. Люди и бизнес может платить собственные долги. Потому мы не настолько многим поплатились в тяжелый этап.

Впрочем, на самом деле, упадок оказывает влияние на подготовленность сообщества к переменам. Три-четыре месяца назад большинство поляков не сомневались в потребности переходить на euro, в настоящее время их немного меньше. Однако мы так или иначе продолжем делать критерии для входа в зону euro. Так как, когда инфляция и экономный недостаток уменьшаются – это всегда прекрасно. И мы будем рваться к данному. А затем взглянем, как с положительными переменами в экономике будут изменяться расположения духа сообщества.

– Когда может закончиться финансовый упадок в Еврозоне? Очень многие ожидают, не дождутся.

– Да. Все ожидают завершения кризиса, это правда. Однако ответить на ваш вопрос не могут даже знаменитые экономисты. А я не плановик, а историк, и понимаю, что любой упадок завершается, и наступает этап «prosperity» (благоденствия. – Авт.).

Потому можно сообщить: хорошо, есть упадок, однако это означает, что состоится еще некоторое время и настанет этап формирования. Он даст особые возможности.

Если смотреть на нынешние проблемы не как на свежий упадок, как на расширение кризиса первого десятилетия ХХІ столетия, то можно полагаться – это его заключительная волна, и 2013-й должен быть годом общеевропейского формирования. Однако это далеко не оценка специалиста, а вера историка.

– Еще вопрос об энергобезопасности, например – об российской ГТС. В настоящее время все рассказывают, что ее нужно обновить. Как лучше это сделать? Консорциум? Или Украина управится сама?

– Консорциум – это далеко не доктрина, а утилитарный энтузиазм совершенно точных больших компаньонов, которые хорошо понимают, что им необходимо. Я не полагаю, что это – объект общественно-политической споры. Здесь либо будет энтузиазм точных объектов газовой политики, либо – нет.

За пределами колебаний, что 1 такой корыстолюбивый объект есть – это «Газпром». Однако нет никакой информации, что бывает и 2-й игрок. Впрочем, на данном рынке всегда работают осмотрительно и не сразу оповещают о собственных намерениях. Таким образом, вероятно, где-то за пределами зоны нашего исследования проходят переговоры. Однако на плоскости финансовой жизни, в известиях СМИ про это ничего не видно.

Может идти речь о плюсах трехстороннего консорциума (РФ-Украина-ЕС. – Авт.), над двусторонним (РФ-Украина. – Авт.), или лишь российского предприятия. Однако это лишь абстрактные выкладки. Следует помнить, что Украина 1 марта 2011 года подключилась к Европейскому энергетическому обществу. И это дает основания для выбора пути действенного формирования. Если пройдет имплементация полученных на себя обещаний – это может лишь помочь Украине в модернизации ГТС.

Также припомню, что есть решение ЕС и азиатских денежных факультетов о возможности предложения Украине денежной помощи в модернизации газовой системы. И в случае если имплементация требований Энергетического общества продолжится удачно, данная помощь будет не менее точной и повысится.

– каждую зиму разжигаются газовые битвы, а в РФ Украину называют «воровкой европейского газа». Как поменять картину?

– Даже если были такие нарекания, их не поддерживали восточные СМИ. Снаружи сложно это расценивать и рекомендовать что-нибудь насчет этого. Помочь может повышение своей добычи газа и формирование сбережения энергии.

Российские предприятия употребляют много газа. Есть оценки, что данный уровень можно уменьшить на 50%, при этом без понижения размеров выпускаемой продукции. Для этого необходимо применять свежие технологии. Есть планы и по сланцевому газу. Нужно незначительно времени для их формирования. На Украине про это очень много рассказывают и политики, и исследователи. И здесь нечего больше порекомендовать.

– В настоящее время создаются окольные ГТС – Северный и Южный струи. На последнем (сооружение которого утвердила Германия) утрачивает и Польша. По Вашему мнению, как эти планы экономически и политически целесообразны?

– Сегодня для Польши от Южного потока единственного вещественного либо финансового результата нет. В масштабах того, что имеет связь с Ямальским газопроводом, мы и далее остаемся компаньонами «Газпрома» и производим критерии договора. И тот размер транзита, который обеспечивала Польша, не поменялся.

Однако дело не в том, что Южный газовый провод – прямой удар по экономике Польши либо Украины. Он дает «Газпрому» вероятность вести не менее действенную политику цен. А для всех в Европе – Польши, Украины, Германии и Франции – было бы весьма полезно, если б мы сумели возвести не менее свободный рынок газа.

– Другими словами?

– К примеру, если сопоставить рынок газа и нефти, то 2-й рынок – свободный. Нефть можно приобрести в любой точке мира и принести клиенту.

Рынок газа сопряжен с межгосударственными отношениями. Другими словами компании заключают договора при помощи стран. Это нерентабельно клиентам, которых, арестовываю, значительно больше, чем продавцов.

Рынок газа необходимо сделать не менее интересным как раз для многих, без особых договоров, диктовки менеджерем необходимых размеров приобретения газа. Это будет рентабельно и Украине, и Польше, и ЕС в общем. А такие межгосударственные инициативы либо планы, как Южный поток, вовсе не содействуют этому.

– Вскоре наши страны воспримут Евро-2012. Как полагаете, все выйдет? Не надо будет ли багроветь?

– нет резона подвергать анализу «выйдет – не выйдет?». Вскоре мы все увидим.

Полагаю, все у нас выйдет. Но в случае если посмотреть на заключительные огромные спортивные события, то подобных, к которым бы совсем не было замечаний, вообще не бывает.

Мы подготовлены довольно, чтобы Евро-2012 стало триумфом и Польши и Украины. Может, это будет весьма большой результат… Может – большой результат… Быть может, это будет хороший результат. Знаете, я полагаю, что результат есть. Мы и в Польше, и на Украине поменяли внешнюю инфраструктуру. Кроме того с такой скоростью, которая без Евро-2012 была бы невыполнимой.

И нечего раздумывать: для чего нам стадионы 20 первого столетия, без которых мы могли просуществовать. Да, мы могли бы жить без этих стадионов и прочих частей сегодняшнего мира. Однако сейчас у нас есть свежие возможности. К примеру, вести иные спортивные и цивилизованные события. В Польше сейчас очень много рассказывают о том, стадионы будут участвовать в состязаниях на право выполнения разных азиатских и всемирных событий. Не вспоминая о бесспорной помощи свежих дорог и терминалов.

– Ваша страна ощутимо облегчила процедуру принятия чешских, шенгенских виз для украинцев. Есть спецпрограммы под Евро-2012. Не опасаетесь, что ??этим решат воспользоваться нелегалы?

– Особые критерии Евро-2012 предназначены для тех, у кого есть билеты на матчи. Я не полагаю, что ими решат воспользоваться нелегалы. Ну, даже если кто-то попытается остаться в Польше после футбола, это будет не непривычно.

Есть ситуации, когда жители наших западных соседей, к примеру Белоруссии, прибывают по туристическим визам и остаются незаконно. Это далеко не результаты свободной разрешительной политики, а особенности финансовых и социальных требований.

Наша свободная разрешительная политика сопряжена с тем, что мы бы планировали предельно упростить вероятность приезда в Польшу, как это вероятно в условиях разрешительного режима. Если помните, прежде у нас с Украиной был безвизовый порядок и негативных результатов за этим не следовало. Затем, когда мы вошли в Шенген, визы пришли.

Однако процесс либерализации продолжается. Есть возможность прохода на безвизовый порядок Украины с ЕС, с Шенгенской зоной. От данного всем будет лучше. Мы не видим никакой опасности в смягчении разрешительной политики.

– Невзирая на то, что металлический занавес снизился в середине прошлого столетия, для украинцев он до сих пор есть. Дело не только лишь в ограничении права свободно двигаться по миру, а в потребности подтверждать, что ты, к примеру, путешественник, а не нарушитель закона и подпольщик. Отчего так и когда все поменяется?

– Я полагаю, что вопрос виз близок к заключению. Так как нигде в Европе нет общественно-политических убеждений, что необходимо создавать барьер между людьми, живущими в ЕС и за его пределами.

Я замечательно вспоминаю те времена, когда и нам, полякам, надо было длительное время ожидать, чтобы получить визу для приезда в страны Европы. А в Соединенных Штатах и сегодня без визы не угодить.

Польша соблюдает той позиции, что нам необходимо открываться для западных соседей, прежде всего для Украины и Белоруссии. Есть решение о свободных внешних государственных визах в Польшу.

Безвизовый порядок нужен не только лишь Украине, но также и ЕС. Но необходимо рассматривать реалии. Страны ЕС, Шенгенская команда хотят знать настоящее перемещение жителей других стран в собственном пространстве. Безвизовый порядок сопряжен с технологическими вопросами: с бумагами, документами, границами. Таким образом необходимо прибрать моменты, которые способны отрицательно оказать влияние на безопасность в ЕС.

– Из нашего диалога выходит, что Вы не колеблетесь: Украина будет в ЕС?

– У меня в данном нет никаких сомнений.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>